Когда одиночество накрывает с головой

Бывают такие состояния души, когда щемящая тоска подходит к горлу, когда невозможно развеселиться, даже если все домашние упорно задаются такой целью, это ощущение, когда чувствуешь, что впадаешь в кромешную темноту, дыру, бездну. Это не депрессия, как вы могли подумать вначале, это не уныние как грех, это не результат принятия наркотиков или алкоголя, это...одиночество.

Одиночество

Слово это интересное. Оно выражает процесс, который длится по времени, это не просто одномоментный укол зонтиком. Одиночество. Слышите? Как будто именно вот это «очество» говорит о процессуальности этого состояния.


Та же самая мысль присутствует в словаре Ожегова, где он пишет, что одиночество – это состояние одинокого человека. Иными словами – переживание этого состояния.

Никто из нас не хочет быть один. В книге Бытия мы читаем: «И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному» (Книга Бытие 2:18). Никто не призван Богом быть один.

Однако, одинокая жизнь становится для современного человека все более привычной. В такое время мы живем. У кого-то не получилось выйти замуж, у кого-то сложилось в семейной жизни, а детей нет, у кого-то дети повзрослели, нет уже тесной и близкой связи с ними. Человек одинок, а бывает и страшное «одиночество вдвоем» и т.д.

Как мы переживаем одиночество на уровне поступков?

Один из примеров проиллюстрирован в известном фильме «Одиноким предоставляется общежитие», где главная героиня Вера, сваха, которую играет Н.Гундарева, присмотревшись к комендантше общежития, которая так несимпатично себя ведет, вдруг говорит: «Одиноко тебе, да?»

Так довольно часто бывает, что за многими нашими неблаговидными поступками может стоять одиночество. Это, разумеется, не значит, что раз есть какая-то разумная причина, то можно на нее все сваливать и спокойно себя чувствовать, решив жить «без духовных подвигов». Напротив, это знание помогает нам понимать «что к чему» и корректировать свое поведение в соответствии с христианскими ценностями.

Психологи называют этот процесс осознавания, понимания – рефлексией. Без нее мы бездумны. Очевидно, что мозг «забит» всякой информацией и списком дел, но если нет рефлексии, нашу жизнь трудно назвать по-настоящему христианской.

Кто-то со мной поспорит, приводя в примеры множество случаев, когда какой-то отдельно взятый человек особо не размышляет, не рефлексирует, однако уже лет 10 заботится о больной старушке, тоже одинокой – соседке с 3-го этажа. Покупает продукты, делает уборку, сам при этом одинок…


Соглашусь. То, что движет этим человеком, может быть результатом его выбора, исповедования христианских ценностей и рефлексии, которая когда-то 10 лет назад проведена, но может быть и одиночеством без рефлексии, т.е. автоматическим действием, страхом, нежеланием заглянуть в себя вместе с Богом и увидеть свою истинную мотивацию.

Очевидно, что ценность помощи, которая приносится осознанно, и помощи от бездумного переживания одиночества разная. Много таких, которые так много работают в приходе, подвизаются в различных благотворительных организациях, приносят добро другим, работают без выходных и отдыха вплоть до умирания за свечным ящиком, но, не заглядывая в себя и не осознавая мотивации такого рвения, не видят, что ими на самом деле движет не Христос, а подступающее нежелание быть одному.

«Плохое» и «хорошее» одиночество

Переживание одиночества происходит не только на уровне поступков, но и на уровне чувств. Бывает ли «плохое» и «хорошее» одиночество? Бывает. Хорошее одиночество характеризуется радостью от нахождения с самым близким человеком, т.е. с собой.

Человек нуждается во времени, проведенном с самим собой и Богом, когда отключены телевизор и радио, когда есть благодатная тишина, когда можно по-настоящему «просто быть». Психологи называют цифру – примерно 2–3 часа в день, которые необходимы человеку для проживания и переживания т.е. хорошего одиночества.

Примером «плохого» одиночества является страдание, созависимость от другого человека. Этим человеком не обязательно является супруг/супруга, но и дети/родители, братья, друзья и т.д. В русском языке состояние одинокого человека выражается словом «одиночество».

Интересно, что, например, в польском языке для этого служат два слова. «Samotność» [самостнощч] и «osamotnienie» [осамотнение]. Одно из них выражает хорошее одиночество, которое нужно каждому человеку, а послушайте, второе слово стоит в пассивном залоге, как будто не я выбираю это одиночество, а оно выбирает меня. Это второе слово выражает пример плохого переживания одиночества. Человек становится объектом, одиночество «накрывает» его и имеет над ним власть.

На самом деле, каждый человек фатально одинок в этом мире. В своих страданиях, болезнях, радостях, мыслях, чувствах нет никого, кто смог бы по-настоящему и до конца понять его и разделить все то, что переживает человек. Никого, кроме Бога.

Это экзистенциальное одиночество, которое затрагивает само наше существование. Осознание того, что каждый человек по-настоящему одинок, неизбежно приводит нас к Богу, к Нему Самому, к Источнику Жизни и Утешителю душ наших. И тогда Он становится для нас всем.

Никто не призван быть один. И место того, кто должен быть с нами, занимает Он Сам, зная, что нам никогда не уйти от человеческого и щемящего одиночества.